То, что это была именно фройляйн Клозе, я понял со слов Штольца, который возил также и меня. Из-за того, что фонари не горели, а в машине фонаря не было, Штольц случайно заехал на болото. Там машина резко затормозила, и медсестра уронила несколько взятых с собою вещей, среди которых был футляр с баночкой йода, ватой и шприцем. Не знаю, вызвано ли это любовью к медицине, или же неведомыми нам особенностями женского разума, но медсестра взяла с собой эти вещи. Футляр упал в мелкую трясину между кочками, и поэтому она упустила его. Мне же посчастливилось его вытащить. — Холмс достал из кармана футляр, расписанный цветочками. — В этом футляре йод, вата и шприц, он так мило разукрашен, а на земле были следы женских туфель. Думаю, вам всё ясно. А с другой стороны были следы сапог. Потом эти люди сели обратно, развернули машину и поехали обратно в город.

— А почему фонари не горели?

— Вот тут, дорогой Ватсон, начинается самое интересное. Фонари разбил и заполнил углём тот самый Шварц, чтобы жильцы домов в западной части Берлина не видели, как он по вечерам идёт в свою болотную лабораторию. Именно там мы нашли украденное. Как мы убедились, там работает химик. Он убил охранника. И, боюсь, там изготавливают что-то опасное. Шварц нёс с собой серу, а на болоте была выкинута пробирка с никотином. Фосген, горчичный газ и каменноугольный газ (он используется в горелке) довольно ядовиты. То же можно сказать и о бертолетовой соли. Хлор комментариев не требует. Вы, вероятно, удивились, когда я сказал о медном купоросе. Это вещество состоит из меди, серы, кислорода и воды. Сера и вода у Шварца были с собой, а медь он мог добыть из античных ценностей. К сожалению, 1,1 драхма

Мы с Холмсом расположились в зале суда. Я вооружился карандашом и блокнотом. Вещественные доказательства были в металлических сосудах, которые опасно было открывать. Немцы побоялись притащить их в зал суда.